Командир «альфовцев» рассказал, как священник напутствовал спецназ перед штурмом «Норд-Оста»

В пятнадцатую годовщину теракта, произошедшего в 2002 году в Театральном центре на Дубровке в Москве, полковник Центра спецназначения ФСБ Виталий Демидкин рассказал журналистам, как спецназовцы готовились к штурму, какими могли быть последствия их ошибки и как бойцов подразделения напутствовал священник.

В разговоре с «Комсомольской правдой» бывший сотрудник спецподразделения «Альфа» рассказал, что его подчиненным удалось проникнуть в подвалы Театрального центра, разобрав проходы в подвале соседнего гей-клуба. Разобраться в коммуникациях им помогли рабочие, которые скрывались от террористов среди труб. А вот разведать проходы в зал через крышу не удалось — «альфовцы» тут же попали в объективы телекамер, и террористы пообещали расстрелять каждого десятого из зрителей и артистов мюзикла «Норд-Ост». Поэтому подготовка к штурму была такой долгой и трудной, поясняет спецназовец.

«Надо было преодолеть 30-40 метров. Рывок и бой с террористами длились не больше 5 минут. Они не успели взорвать бомбы. Еще 40 минут специалисты разминировали зал, боялись туда пустить врачей: все взрывные устройства были соединены между собой. Опасались, что бомбы подорвут с улицы подельники террористов. Там было столько взрывчатки, что на месте театра остался бы только котлован, а соседние дома получили разрушения», — вспоминает полковник.

Он рассказал, что спецназовцы пронесли в здание нагнетатели и подали газ, который должен был моментально усыпить террористов и заложников. У каждого бойца было с собой по 3-4 шприца с антидотом, который кололи освобожденным людям. Он не уточняет, были ли рассчитаны запасы антидота на всех находившихся в Театральном центре людей.

«С нашим подразделением всегда находится священник. Он каждый раз с молитвой повторяет, что нашими руками творится возмездие, добро, а мы наказываем зло. И мы в это верим, идем на штурм с молитвой», — признался Демидкин.

Группа вооруженных боевиков во главе с Мовсаром Бараевым ворвалась в Театральный центр, где шел мюзикл «Норд-Ост», 23 октября 2003 года. Двое суток они удерживали в заложниках 916 человек, включая детей. 26 октября здание было взято штурмом. Перед началом операции в вентиляцию подали усыпляющий газ. Состав газа до сих пор засекречен. В общей сложности погибли 130 человек из числа заложников. Из 782 выживших ранения получили более 700. Все террористы (21 мужчина и 19 женщин) были уничтожены.

Председатель региональной общественной организации «Норд-Ост» Сергей Карпов рассказал «Эху Москвы», что потерпевшие до сих пор судятся с государством, добиваясь подробного разбирательства по поводу правомерности применения газа и того, как была организована медицинская помощь подвергшимся его воздействию людям.

«Мы считаем результаты судмедэкспертизы ошибочными или подтасованными и подали около 30 ходатайств в областной военный суд. Мы бы хотели видеть в суде судмедэкспертов и представителей штаба, который занимался организацией. Но нам во всех наших ходатайствах было отказано. Апелляция в Верховном суде также была отклонена «, — уточнил Карпов, добавив, что около 100 жалоб находятся на рассмотрении в Европейском суде по правам человека.

«Прошу про газ больше не говорить»

Отметим, потерпевших по делу о теракте на Дубровке впервые пригласили принять участие в судебном разбирательстве только весной 2017 года, когда рассматривалось дело Хасана Закаева, доставившего в Москву оружие и взрывчатку.

«Новая газета» обращала внимание на то, что родственники погибших и их адвокаты впервые получили возможность задавать вопросы, однако ответов на них дано не было. Так, например, председательствующий судья запретил адвокату родителей погибшей девочки поднимать вопрос о том, оказывалась ли родственникам погибших психологическая помощь.

Суд последовательно отклонил ходатайства со стороны потерпевших о вызове в суд экспертов, делавших заключения о причинах смерти погибших, об истребовании у спецслужб сведений о составе примененного газа и о разбирательстве по поводу законности применения газа.

Ключевое ходатайство — о возвращении дела в прокуратуру — потерпевшие подали последним. По их мнению, в деле есть обстоятельства, препятствующие рассмотрению судом и вынесению правосудного приговора. В частности, следствием не выяснены обстоятельства гибели каждого из заложников, не установлено вещество (газ), примененное при штурме, его свойства и влияние на организм человека. Кроме того, в уголовном деле отсутствуют сведения об истинных причинах смерти заложников, а заключения комиссии судебно-медицинских экспертов «не выдерживают критики».

«Поймите, даже если я очень захочу, то не смогу выйти за пределы предъявленного обвинения. Прошу потерпевших про газ здесь больше не говорить. Что вы хотите от суда? Чтобы мы обвинительное заключение переписали?» — отреагировал судья Михаил Кудашкин.

«Нам ведь понятно, что за 15 лет дело о теракте на Дубровке по-настоящему не расследовали. А нужно расследовать — не только то, как готовился теракт, но и то, какие права потерпевших нарушило государство. Суд нам твердит, что в рамках данного дела это невозможно — но, простите, тогда в рамках какого возможно? У нас нет другого открытого процесса по «Норд-Осту». И никогда не было, несмотря на то, что несколько человек осуждены. К ним тоже можно и нужно было предъявлять гражданские иски. Однако те суды были недоступны для моих доверителей и других потерпевших», — говорит адвокат Каринна Москаленко.

Ранее, в 2003-2007 годах, шесть пособников террористов с Дубровки по решению Мосгорсуда получили от 8,5 до 22 лет лишения свободы. Что касается организаторов этого теракта, то Шамиль Басаев, по данным ФСБ РФ, был уничтожен 10 июля 2006 года в Ингушетии при взрыве грузовика с оружием и боеприпасами. Еще один соучастник террористов — Герихан Дудаев — объявлен в международный розыск.

В память о погибших запустят в небо белые шары

После теракта на Дубровке название мюзикла «Норд-Ост» стало нарицательным именем трагедии. После оглашения приговора Закаеву представитель гособвинения по делу о захвате заложников в театральном центре сообщил, что расследование данного теракта продолжается.

23 октября 2003 года перед зданием Театрального центра открыт монумент — гранитный камень с надписью «В память о жертвах терроризма» и стела из белого гранита высотой 7 м, увенчанная тремя бронзовыми журавлями (авторы памятника — скульптор Александр Белашов и архитектор Илья Былинкин). В феврале 2012 г. на Дубровке была освящена временная деревянная православная часовня в честь Иверской иконы Божией Матери. Рядом с ней в 2011-2015 гг. построен каменный храм в честь святых равноапостольных Мефодия и Кирилла.

26 октября родные жертв теракта на Дубровке проведут минуту молчания, а также запустят в небо 130 белых шаров в память о погибших.