ФСБ не удалось наказать рублем петербуржца, пытавшегося узнать судьбу репрессированного деда

Выборгский районный суд Петербурга во вторник, 16 мая отказал управлению ФСБ по Белгородской области в праве взыскать 26 тысяч судебных издержек с петербуржца Валерия Острякова, который с февраля прошлого года судился с ведомством, пытаясь получить доступ к делу репрессированного прадеда.

«О причинах решения суда мы узнаем, когда получим полный текст решения, однако можем предполагать, что поводом к отказу стала неспособность наших оппонентов задокументировать расходы и представить суду необходимый объем письменных доказательств», — пояснил РБК руководитель правозащитной «Команды 29» адвокат Иван Павлов.

Василий Стефанович Остряков был осужден в 1943 году по ст. 58-1 УК РСФСР «измена Родине». В 1998 году Белгородская областная прокуратура отказала в его реабилитации. ФСБ отказалась предоставлять информацию о деле Острякова, попытки правнука обжаловать это решение в суде оказались неудачными.

Сумма, фигурирующая в иске, сложилась из расходов на билеты в купейном вагоне, проживание в гостинице и суточные для сотрудницы Белгородского управления ФСБ, которая приезжала в Петербург для участия в судебных процессах. «В условиях кризиса сотрудница ФСБ могла бы выбрать более экономный способ передвижения, нежели купейный вагон, не было необходимости и оставаться в отделе — суды длились один день», — отметил в комментарии газете «Коммерсант» юрист «Команды 29″ Максим Оленичев. — К тому же, исходя из принципа справедливости, закрепленного в КоАП, нельзя взыскивать с пенсионера средства, потраченные из бюджета, при том что бюджет наполняется за счет его налогов».

По мнению Оленичева, требование о возмещении издержек — способ надавить на семью Остряковых, чтобы «отбить у них желание продолжать попытки добиться от ФСБ информации об их родственнике».

О Василии Острякове известно, что он происходил из крестьян-середняков, был грамотен, беспартиен и женат. Он обвинялся в то, что, «выполняя задания немецкого командования», сдал оккупантам 50 голов крупнорогатого скота, изъял чужую корову и склонял односельчанку к сожительству. На суде своей вины он не признал. При этом было установлено, что управляющим колхоза во время оккупации он был выбран своими односельчанами.

Остриков отбывал наказание в Среднебельском строительном лагере «Дальлага» и погиб спустя полтора года. Вдове выслали его вставную челюсть. Могилы заключенных лагеря не сохранились.

В настоящее время российское законодательство регулирует доступ к материалам дел реабилитированных лиц, существует положение МВД, ФСБ и Минкульта о доступе к архивам. Однако дела людей, в реабилитации которых было отказано, как и тех, чьи дела пока не было пересмотрены, выпадают из правового поля. Правозащитники полагают, что в таком случае должны применяться положения закона об архивном деле, однако спецслужбы придерживаются иного мнения. Суды их поддерживают.